Двое старых друзей решили тряхнуть стариной. Им обоим уже за пятьдесят, но в голове всё ещё сидит та самая юность, когда жизнь казалась бесконечной, а похмелье - лёгкой платой за хорошее настроение. Они собрались в Венеции, точнее - в её окрестностях, где туристов поменьше, а баров и тратторий всё ещё хватает.
Один из них, Марко, всю жизнь проработал в семейной лавке с вином. Другой, Лука, когда-то мечтал стать художником, а теперь просто рисует вывески для кафе и иногда продаёт пару картинок на набережной. Они не виделись лет десять, но стоило встретиться - и будто вчера расстались. Решили устроить себе прощальный тур по любимым местам. На посошок, как говорится.
Сначала всё шло по плану. Утром кофе в маленькой забегаловке у канала, потом бутылка просекко на закате, вечером граппа в старом баре, где их ещё помнят по именам. Разговоры текли легко: вспоминали, как в девяностых угнали моторолку у какого-то туриста, как прятались от карабинеров в камышах, как впервые напились до отключки прямо на площади Сан-Марко. Смеялись до слёз.
На третий день они забрели в крошечную деревушку на материке. Там, в единственном открытом баре, сидел парень лет двадцати трёх. Худой, в очках, с растрёпанными волосами. Сидел один, перед ним стояла нетронутая кружка пива и раскрытый блокнот с чертежами. Студент-архитектор, приехал снимать комнату на лето, чтобы закончить дипломный проект про венецианские лагуны.
Марко с Лукой сразу его заметили. Слишком серьёзный для такой погоды, слишком тихий для места, где обычно гремит музыка и кто-то обязательно поёт. Подсели без приглашения. Спросили, почему не пьёт. Парень смутился, пробормотал что-то про дедлайн и ранний поезд завтра. Они переглянулись и поняли: вот он, их третий.
С этого момента всё завертелось по-другому. Они уговорили его отложить блокнот. Сначала просто выпить с ними по рюмке. Потом ещё одну - за удачный проект. Потом объяснили, что в Венеции никто не пьёт по одной. К полуночи парень уже пытался петь старую песню про гондольеров, путая слова, а они хлопали его по плечам и подпевали громче всех.
На следующий день они втроём катались на стареньком катере по узким каналам. Студент, которого звали Элио, сначала стеснялся, потом расслабился. Рассказывал про свои чертежи, про то, как боится, что всё сделает неправильно. Марко слушал внимательно, а потом сказал: «Знаешь, сынок, иногда главное - не сделать идеально. Главное - сделать так, чтобы потом было что вспомнить».
Они таскали его по самым неочевидным барам. Учили правильно держать бокал с омбрето, показывали, как угадывать возраст вина по запаху, заставляли пробовать всё подряд. Элио сначала морщился, потом начал смеяться. К вечеру он уже сам заказывал следующий круг и даже пытался торговаться с барменом за лишнюю порцию чичетти.
Последний вечер они провели на маленькой площади, где почти никого не было. Сидели на ступеньках старого колодца, пили дешёвое вино из пластиковых стаканчиков. Элио вдруг сказал, что впервые за год не думает о сроках сдачи. Лука поднял стакан и тихо произнёс: «За то, чтобы было о чём рассказать внукам». Марко кивнул. Элио улыбнулся - уже не застенчиво, а по-настоящему.
Утром они проводили его на поезд. Парень обнял их так крепко, как будто знал, что больше не увидит. В руках у него был свёрнутый блокнот, а в глазах - что-то новое, лёгкое. Марко и Лука остались на платформе. Молча смотрели, как поезд уходит. Потом развернулись и медленно пошли назад, к своему городу.
Они ничего не говорили друг другу. Просто шли плечом к плечу. Знали, что этот тур был не только про вино и воспоминания. Это было про то, чтобы передать дальше хоть каплю той свободы, которую они когда-то считали обычной. И кажется, у них получилось.
Читать далее...
Всего отзывов
8