Фильм Моя девочка (2023) (2024) смотреть бесплатно в супер качестве 4K

Егор вернулся из тайги в город, когда уже ничего не держало его там. Дом стоял пустой, собаки разбежались, а в голове всё время звучал один и тот же момент - как она шагнула с крыши. Дочь. Единственная. Семнадцать лет.

Он долго не мог поверить, что это правда. Потом поверил. А после этого в нём что-то окончательно сломалось. Не так, чтобы сразу закричать или заплакать. Просто внутри стало холодно и тихо, как в промёрзшем лесу перед рассветом. И появилась мысль, что кто-то должен ответить.

В полиции ему сказали: несчастный случай. Друзья дочери молчали, отводили глаза, кто-то плакал, но никто не говорил главного. Егор сам начал искать. Читал переписки, смотрел фотографии, слушал разговоры за спиной. И постепенно сложил картинку. Они были там. Все они. Смотрели, как она падает. Кто-то снимал. Кто-то смеялся. Никто не остановил.

Он вернулся в город не просто так. Привёз с собой старый охотничий нож, несколько капканов и странное знание, которому научился в тайге от одного старика-эвенка. Тот говорил про Илбис - духа, который принимает кровь и даёт взамен силу или покой. Егор тогда только посмеивался. Теперь он не смеялся.

Первая жертва была случайной. Парень из той самой компании. Егор заманил его на окраину, в заброшенный двор. Всё прошло быстро. Кровь пролилась на снег, и в ту ночь Егор впервые за много месяцев спал без снов. Наутро в городе заговорили об убийстве. Потом ещё об одном. Потом ещё.

Газеты писали про маньяка. Полиция искала следы. А Егор ходил по улицам, смотрел в лица и ждал. Он знал, кого искать. У него был список. Небольшой, но точный.

Однажды в маленьком кафе на окраине он увидел её. Девушка сидела у окна, листала телефон, курила тонкую сигарету. Светлые волосы, тонкие запястья, взгляд немного потерянный. Она была почти копией его дочери. Тот же возраст, та же хрупкость в плечах. Её звали Кира.

Сначала он просто смотрел. Потом подсел. Заговорил о погоде, о том, как тяжело живётся в этом городе зимой. Она отвечала коротко, но не уходила. Егор почувствовал, что не может отвести глаз. В ней было что-то живое, настоящее. И в то же время - смертельно опасное для него самого.

Они стали встречаться. Не часто, но регулярно. Гуляли по набережной, пили дешёвый кофе в забегаловках, молчали вместе в его съёмной квартире. Кира рассказывала о своей жизни - мать пьёт, отчима нет, учиться не хочется. Егор слушал и думал, что она могла бы быть его дочерью. А потом думал, что она могла бы стать последней в его списке.

Но он не торопился. Что-то мешало. Каждый раз, когда рука тянулась к ножу в кармане, он вспоминал, как Кира смеётся над его старыми байками про тайгу. Как просит рассказать ещё раз про медведя, которого он якобы завалил голыми руками. Как засыпает у него на плече в маршрутке.

Город продолжал жить своей жизнью. Убийства обсуждали в очередях, в маршрутках, в школьных чатах. Кто-то говорил, что это месть. Кто-то - что маньяк-ритуалист. Егор читал эти разговоры и молчал. Он уже почти закончил. Осталось двое. Но теперь каждый день он думал не о них, а о том, что будет после.

Кира однажды спросила прямо:
- Ты ведь не просто так здесь, да?

Егор долго смотрел в окно. Потом ответил:
- Я здесь, чтобы закончить одну историю.

Она кивнула, будто поняла. А может, и правда поняла. В её глазах было что-то взрослое, слишком взрослое для семнадцати лет.

Ночью он долго не мог уснуть. Лежал и слушал, как она дышит рядом. Думал о том, что Илбис, наверное, уже получила достаточно. Что, может быть, пора остановиться. Но потом вспоминал лицо дочери на последней фотографии - улыбающееся, живое - и понимал, что остановиться уже нельзя.

Утром Кира ушла рано. Оставила записку на столе: «Я знаю, кто ты. И мне всё равно».

Егор прочитал её несколько раз. Потом аккуратно сложил и убрал в карман. В тот день он впервые за долгое время почувствовал, что внутри что-то оттаяло. Не сильно. Но достаточно, чтобы понять: последней жертвы, возможно, не будет.

Он вышел на улицу. Шёл по снегу, смотрел на серое небо и думал, что, может быть, Илбис уже отпустила его. Или это Кира отпустила. А может, и он сам наконец отпустил себя.